«Инвалиды как я никому не нужны». Как участники «СВО» пытаются устроиться на гражданке

Российские власти не только ищут всё новые способы мотивировать мужчин отправляться на фронт, но и с каждым годом расширяют программы господдержки для тех, кто вернулся с войны. Одно из главных направлений — помощь в поиске работы. «Вёрстка» изучила, какие проекты запускают власти в разных регионах, сколько денег на них тратится и действительно ли участники «СВО» находят работу.

Чтобы не пропустить новые тексты «Вёрстки», подписывайтесь на наш телеграм-канал

«Хотелось бы заниматься своей деятельностью по окончанию СВО. Коров, поросят [выращивать]» — говорит в новостном сюжете на телеканале «Россия 1» военнослужащий Кирилл Красиков, сидя за рулем интерактивного трактора. Другой военный в балаклаве — видимо, прямо с линии фронта — рассказывает, что «выбрал эту программу», потому что «в дальнейшем» планирует вести «профессиональную деятельность в области сельского хозяйства».

Речь о проекте «Герой 71», который запустился в Тульской области и должен помочь военным устроиться на работу в «мирной жизни». Программа предлагает «реализоваться» не только в сельском хозяйстве, но и в спорте, политике и работе с молодежью. На сайте проекта под предложением стать его участником расположена кнопка записи в военкомат.

Подобные программы по трудоустройству военных, вернувшихся с фронта, запустили в каждом регионе России. Так, в Свердловской области по поручению губернатора работает программа «Управленческие кадры Урала» — она «направлена на развитие новых навыков и компетенций участников и ветеранов спецоперации, формирование кадрового резерва из числа тех, кто на деле доказал готовность служить на благо Родины». В рамках программы действует, например, проект «Патриоты» — его сотрудники обучают военных «основам ведения собственного бизнеса» всего за два месяца. В 2025 году планировалось набрать на курсы 100 человек.

Чтобы принять участие в программе, военнослужащие должны пройти тестирование; оно «включает опросник управленческого потенциала (до 160 пунктов, примерно 1 час) и тест интеллектуальной компетентности (до 30 пунктов, примерно 45 минут)». Среди условий участия — высшее образование и отсутствие судимости в прошлом. На сайте программы утверждается, что один из ее финалистов — Александр Карпов — уже начал стажировку в правительстве региона.

Также власти Свердловской области выделили в 2025 году 13 миллионов рублей на развитие ветеранами «СВО» агробизнеса — военные, получившие гранты, смогут покрыть до 90% своих расходов, при условии, что будут производить сельхозпродукцию.

По подсчетам «Верстки», с начала войны в разных регионах России властями и аффилированными с ними организациями было запущено более 300 различных программ поддержки участников войны в Украине с трудоустройством. Фонд «Защитники Отечества»i ( учрежден правительством РФ по поручению Владимира Путина в апреле 2023 года для помощи ветеранам «СВО» и членам их семей. Помогает в получении медицинской, социальной, юридической поддержки и т. д.)× в конце 2025 года заявлял, что по вопросам трудоустройства в региональные обратились более 16 500 человек — 55% из них смогли найти работу, более 2500 из них — при помощи ярмарок вакансий.

Сколько всего бывших военных нуждаются в трудоустройстве, оценить трудно. В декабря 2025 года агентство «РИА Новости» опубликовало новость о 250 тысячах безработных вернувшихся с войны — такую цифру озвучил начальник управления администрации президента по общественным проекта Сергей Новиков. Но вскоре новость «отредактировали» — в ней осталось лишь упоминание о «десятках тысяч» безработных.

Какие программы действуют

Одна из самых популярных федеральных программ по подготовке экс-военных к госслужбе — «Время героев». Она запустилась в марте 2024 года, как писала ранее «Верстка», военные, окончившие эту программу и занявшие госпосты, выполняют свою роль там формально:

«Задача „Времени героев“ — не столько заполнить вакансии, сколько повысить привлекательность службы в армии и контрактов, — говорит собеседник „Вёрстки“, близкий к администрации президента. — Понятно, что подбираются посты, где они [участники программы] могут быть заметными, но при этом без реального политического веса. Реальный лидер с бэкграундом „СВО“ никому не нужен», — отметил он.

В части регионов вопросами трудоустройства вернувшихся военных занимаются не отдельные проекты, а службы занятости. Так, региональная служба занятости в Астраханской области заявляет, что с 2022 года помогла найти работу 73 ветеранам и 235 членам их семей: «В рамках спецпрограмм 27 военнослужащих и 92 их родственника прошли курсы переподготовки, получив актуальные квалификации».

Некоторые работодатели сами выступают с инициативой трудоустроить бывших военных — например, Виктор Лебедев, гендиректор предприятия «Турботехсервис», которое восстанавливает оборудование для нужд автобронетехники, участвующей в войне в Украине. Лебедев говорит, что на вакантные должности готов рассмотреть соискателей из числа ветеранов «СВО».

В Красноярске в 2024 году в строительную компанию устроили около трех десятков бывших участников войны — в том числе и тех, кто раньше отбывал уголовное наказание. Руководят стройкой тоже ветераны «СВО», директор по производству Виталий, участник войны, говорит, что с экс-военным «работать комфортно»: «Боевые действия прививают определенное братство, дисциплину. Тем более мы сейчас сами прошли этот путь, на данный момент мы уже адаптировались, и понимаем, насколько важно помочь нашим боевым товарищам».

В то же время прямо в эфире Первого канала бывший участник войны в Украине Тимур Громов жалуется, что не смог найти работу ни на одном предприятии и вынужден работать курьером: «По секрету через одну девочку в кадрах узнал, что мне отказывают, потому что я ветеран СВО. Я не знаю, почему для всех это такой ступор». Работу доставщиком, по его словам, он нашел лишь после того, как убрал из резюме строчку «ветеран СВО».

Весной 2024 года координатор проекта «Моя карьера с „Единой Россией“», замруководителя фракции партии в Госдуме Андрей Исаев заявлял, что партия подготовила программу по трудоустройству участников спецоперации. В ее рамках, например, в городе Клин Московской области за каждой семьей военнослужащего закрепили депутатов и активистов, которые должны помогать им с профориентацией. В Сергиевом Посаде партия отчиталась о 76 «ветеранах СВО», освоивших новые профессии в центре реабилитации — от конструкторского дела до кулинарии и плетения из ротанга. В сюжете, посвященном центру, где военные проходили переквалификацию, глава Сергиево-Посадского округа Оксана Ероханова заявляет, что все предприниматели готовы предоставлять рабочие места: «Теперь выбор за ребятами. Главное, чтобы у них было желание, а мы им будем в этом помогать».

Еще один активный участник реализации программ по поиску работы — фонд «Защитники Отечества», филиалы которого в разных регионах отвечают за переподготовку, стажировки и трудоустройство ветеранов. В Новороссийске фонд к августу 2025 года помог устроиться на работу 15 ветеранам — из 30 обратившихся за все время войны. В Мордовии кадровый центр при участии карьерных консультантов службы занятости, координаторов Фонда «Защитники Отечества» и председателя Рузаевского отделения Ассоциации ветеранов «СВО» организовал выездные консультации для военнослужащих.

Отдельное направление, которое придумали власти для решения проблемы с трудоустройством военных, — так называемый «промышленный туризм». В рамках этой региональной программы в Московской области ветеранам и членам их семей проводят экскурсии по промышленным предприятиям, показывая «условия труда и возможности трудоустройства». Например, такие экскурсии проводили по Щелковскому биокомбинату, обойной фабрике «Палитра», авиакорпорации «Рубин».

В кадровом центре Брянска открыли клуб «С заботой о СВОих», где профориентационные активности проводят в том численности для детей участников «СВО». Также в разных регионах проводят ярмарки вакансий именно для военных — например, в Архангельской области такое мероприятие проводил фонд «Защитники Отечества».

А в Томской области создали специальные «межведомственные рабочие группы по трудоустройству участников СВО, включая инвалидов и лиц с судимостью». Они анализируют рынок вакансий и сопровождают процесс трудоустройства: члены группы должны организовать процесс «эффективного взаимодействия между всеми заинтересованными структурами» и разработать конкретные предложения по трудоустройству и профессиональному обучению как самих участников СВО, так и членов их семей. В состав каждой группы входят представители филиала фонда «Защитники Отечества», местных администраций, учреждений социального обслуживания и районных медицинских учреждений. Руководят группами представители муниципалитетов.

Сложности с трудоустройством

Особенные проблемы с трудоустройством — у ветеранов с инвалидностью. Многие организации — например, «Ассоциация ветеранов СВО» — подчеркивают, что делают упор на выплаты и помощь людям с инвалидностью. Но на деле военным с ограниченными возможностями найти работу сложно. В Ханты-Мансийском округе, как заявила старший помощник прокурора региона Марьяна Королева, ввели особый порядок учета трудоустройства инвалидов-участников «СВО», чтобы «исключить формальные схемы и обеспечить реальную занятость» — но как именно этот учет работает, неизвестно.

Гендиректор компании «Пластик Он Лайн» в Красноармейске, Московской области, говорит, что на их предприятии подготовили специальные помещения для ветеранов «СВО», которые вернулись с инвалидностью, чтобы рабочий процесс был комфортным — но наличие инфраструктуры для людей с ограниченными возможности в российских регионах скорее редкость.

«Сложности имеются, поскольку я до сих пор не уволен, из-за этого нет речи о поиске работы, тем более инвалиды как я попросту никому не нужны» — говорит вернувшийся с фронта военнослужащий Сергей «Верстке». Мужчина подорвался на мине в 2024 году, с тех пор остается фактически безработным — до войны он работал кладовщиком-наборщиком. На вопрос, есть ли подобные проблемы у его сослуживцев, отвечает, что один тоже столкнулся со сложностями, а другие «просто не искали работу».

Подобные жалобы часто встречаются и на различных форумах, а также в чатах в Telegram:

О том, что людей, получивших на войне инвалидность, не берут на работу, пишет в том числе правительственная «Российская газета»: «Это решение [принятие закона о квотировании, который обяжет предоставлять места участникам боевых действий с увечьям] стало реакцией на обращение Дмитрия Чуркина, которого не берут на работу из-за ампутации части стопы, и Антона Яковлева — ветерана „СВО“ с тяжелым ранением».

«Меры поддержки государственные не так просто выбить, их приходится именно выбивать», — говорит «Верстке» бывший участник войны в Украине Сергей. По его словам, он обращался за помощью во все возможные инстанции, в том числе писал губернатору региона и президенту. Власти же заявляют, что предусматривают квоты для участников «СВО» — так, в Ямало-Ненецком округе зарезервировано более 400 рабочих мест для военных, боевой опыт «рассматривается как преимущество при приеме на работу». В разных регионах кадровые центры «Работа России», по заверениям государственных СМИ, регулярно проводят встречи с участниками «СВО», где обсуждают вопросы трудоустройства, обучения, открытия собственного дела и получения господдержки.

«Часто трудоустроиться сразу после получения инвалидности не получится. Нужно принять инвалидность, научиться жить с ней и научиться использовать компьютер, ассистивные технологии, получить необходимые для работы навыки», — рассказывает «Верстке» сотрудник одной из организаций, помогающей в трудоустройстве людям с инвалидностью. На данный момент она помогла найти работу одному участнику «СВО» — бывший военный сам стал координатором одного из проектов и маршрутизирует других ветеранов, получивших инвалидность.

«До трудоустройства мужчина два месяца учился работать со скринридером (программой экранного доступа) и управлять с его помощью компьютером и смартфоном. Это было сложно, мужчина до сих пор продолжает совершенствовать навыки работы со скринридером и работе с компьютером в целом», — говорят в организации. По словам собеседника «Верстки», часто трудоустроиться сразу после получения инвалидности не получается, потому что нужно сначала принять инвалидность, научиться жить с ней и получить необходимые для работы навыки. Сейчас организация продолжает работать с пятью ветеранами «СВО» и планирует запустить программы по массовому найму вместе с партнерами.

В 2025 году запустили федеральную программу поддержки найма ветеранов «СВО» — работодателю, нанявшему экс-военного выплачивают субсидию в размере 3 МРОТ за каждого принятого работника. Размер субсидии — 3 МРОТ (81 279 рублей, исходя из минимального размера оплаты труда в 2026 году), Средства выплачиваются тремя частями после трудоустройства сотрудника: через 1, 3 и 6 месяцев. Все три части субсидии выплатят, только если он отработал не менее полугода и трудовой договор не прекращали досрочно. Размер субсидии увеличивается до 6 МРОТ, если на работу был принят ветеран «СВО» с инвалидностью.

Для участников «СВО», которые открывают свой бизнес, предусмотрены льготы по налогу на имущество и пониженные ставки УСН — с 2023 года они могут получить статус социальных предприятий, который позволяет платить только 1% налога с суммы дохода в год.

«Сложности с поиском работы не возникало, потому что на старое место работы я, конечно же, не хотел и не хочу возвращаться. К государству я обращался, но в итоге сам нашел, и мне кажется, если человек сам захочет найти работу, ему ничто не помешает» — рассказывает «Верстке» бывший участник войны в Украине Юрий. На войне он был штурмовиком в пехоте.

О том, что государство не помогло с устройством на работу, рассказывают в соцсетях родственники военных и сами участники боевых действий. В том числе, они жалуются на то, что программа «Время героев» не работает: «Никто не придает значения этой бумажке [об обучении], ничего без протекции не получится». Жена военного, прошедшего обучение, рассказала «Верстке», что ее муж после обучения сдал тесты на 85–95%, но его сертификат просто лежит на полке: «А я ему все лекции записывала с экрана, отправляла, так как сайт не грузился, где был он. Пока служит в части, ждет операцию. Планирует дальше служить. У него магистратура Питерский государственный университет политология, конфликтология. Собственно поэтому и подписал контракт, хотел по военной стезе пойти. Но все сложно».

Также люди рассказывают, что проблемы при трудоустройстве возникают у военных, которые нарушили условия контракта и совершили грубый дисциплинарный поступок. Еще один вопрос, волнующий бывших участников войны в Украине, — сохранится ли их пенсия, если они официально выйдут на работу. Соласно закону, военные не должны ее лишиться, даже если будут трудоустроены.

Контракты от государства и профпереподготовка

На госзакупках размещены десятки контрактов на оказание «образовательных услуг по профессиональному обучению и дополнительному профессиональному образованию» участников войны в Украине, а также для членов их семей. На такие программы в 2025 году было запланировано около 7,4 миллионов рублей. Среди специальностей, которым обучают военных, например, оператор электронно-вычислительных машин, машинист погрузочной машины, кондитер, делопроизводитель и даже «Специалист по предоставлению маникюрных и педикюрных услуг».

Министерство труда республики Татарстан выделило в 2025 году более 300 тысяч рублей на выполнение исследования по теме «Социально-экономическое и правовое положение, уровень материального положения и правовой защищенности граждан, уволенных с военной службы, и членов их семей, ветеранов военной службы, в том числе участников специальной военной операции, в современных условиях», следует из данных сайта «Госзакупки», изученных «Версткой». Контракт получил научно-технический центр «Перспектива» — как именно было реализовано исследование, неясно, на сайте центра никакой информации о его проведении нет.

На портале HeadHunter размещено около 7,5 тысяч вакансий, где соискатели указывают в резюме, что являются бывшими участниками войны в Украине. Военнослужащие указывают не только свой боевой опыт, но и наличие наград.

«Верстка» обнаружила исследование университета Нового Южного Уэльсаi (государственный университет Австралии)×, которое доказывает, что работодатели неохотно берут на работу бывших военных, особенно тех, кто служил добровольно.

По сравнению с ветеранами-добровольцами солдаты-срочники сталкиваются с четким преимуществом при найме через HeadHunter: их резюме получают примерно на 50% откликов. Вместо того чтобы рассматривать военных как ценных «героев», работодатели, по‑видимому, воспринимают добровольных участников как рискованных или морально скомпрометированных. Резюме, указывающие на прохождение срочной службы, получили отклик в 55% случаев, тогда как резюме, сигнализирующие о добровольном участии в «специальной военной операции», получили отклик лишь в 37% случаев. Из 60 пар заявок срочники получили 33 отклика, а добровольцы — 22 отклика.

По словам источника «Верстки» в одной из организаций, помогающих в трудоустройстве, работодателей зачастую волнует психологическое состояние экс-участников войны в Украине — как они будут интегрироваться в коллектив, «прежде всего риски, связанные с ПТСР» (посттравматическое стрессовое расстройство — прим. «Верстки»).

Опрос ВЦИОМа, проведенный в январе 2026 года, утверждает, что 58% опрошенных положительно бы отнеслись к тому, что в их рабочем коллективе появился бы ветеран «СВО», 33% отнеслись бы нейтрально, 4% — отрицательно. Среди поколения зумеров соотношение другое — 64% «нейтрально» против 30% «скорее положительно», а среди миллениалов самое большое число отрицательных реакций — 8%. На вопрос, в каких в каких сферах ветераны «СВО» смогут наиболее успешно реализовать опыт, большинство опрошенных ответило: «в силовых структурах». На втором месте — образование и воспитание, на третьем — государственное управление и общественно-политическая деятельность.

Обложка: Марина Левкова